• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

В ИКВИА ВШЭ прошли первые «Романовские чтения»

11 апреля в Институте классического Востока и античности ВШЭ прошли первые «Романовские чтения» – в память об индологе и специалисте по общей теории исторического развития культуры В.Н.Романове (1947‒2013).

Название и время проведения конференции ‒ это наша скромная дань памяти Владимира Николаевича Романова (12 апреля 1947 ‒ 22 ноября 2013), индолога, переводчика памятников брахманической прозы и специалиста по общей теории исторического развития культуры, рядом с которым мы работали на протяжении многих лет. Коллеги, вспоминающие В.Н. Романова, единодушны в том, что общение с ним помогало думать над проблемами собственных исследований не меньше, чем научное чтение.

Первые «Романовские чтения» проходят в малом формате, в рамках расширенного семинара ИКВИА «Культуры Востока» (рук. Н.Ю. Чалисова). В дальнейшем конференцию планируется проводить ежегодно в более широком формате, с привлечением внешних участников и тематическим профилированием.

 

Институт классического Востока и античности


Чтения были открыты вступительным словом директора ИКВИА ВШЭ И.С. Смирнова. Затем были представлены следующие доклады.

А.Н. Мещеряков

Этнология в идеологии послевоенной Японии

Доклад посвящен основателю японской этнологии Янагита Кунио 柳田國男 (1875–1962). Янагита сформулировал свои основные идеи в довоенное время, однако не пользовался широким признанием, поскольку его понимание таких ключевых понятий, как «народ», «император», «история» не вписывалось в официальную идеологию. Однако после войны вместе с распространением демократических идей и признанием «народа» историческим субъектом, Янагита получил признание со стороны государства. Кроме того, широкому признанию способствовала его теория, согласно которой предками японцев являются жители Окинавы. Неверная в научном отношении, она отвечала общественным настроениям, требовавшим возвращения Окинавы под японскую юрисдикцию.

А.М. Дубянский

Тамильская дидактическая поэзия

Начиная с ведийской эпохи, в индийской словесности сильно выражены наставительное, проповедническое, регулятивное начала. Многочисленны предписания о том, как совершать жертвоприношения, каковы нормы поведения человека в разные периоды жизни, каковы цели жизни и средства их достижения и т.д. Это касается и тамильской литературы, в особенности для времени (примерно середина 1 тыс. н.э.), когда обострилась борьба за влияние между джайнизмом, буддизмом и индуизмом. Назидательные сентенции встречаются в ранней тамильской поэзии эпохи санги, но в период раннего средневековья возникают антологии наставительных и гномических стихов. В их структуре заметно влияние литературы буддийского канона, а источниками ряда идей оказываются также санскритские трактаты («Законы Ману» Manusmṛti, «Артхашастра» Arthaśāstra и др.). В докладе выявлены некоторые из этих связей, в частности, применительно к наиболее известному памятнику этого времени «Тируккуралу» (Tirukkuṟaḷ). Рассмотрены также легенды о мифическом создателе сборника Тируваллуваре и их трактовка разными социальными слоями тамильского общества (по линии брахман versus пария).

М.А. Русанов

Жизнь Будды как «подражание миру»

На рубеже нашей эры, когда в индийском буддизме складывалось направление, получившее наименование махаяна, легенда о Будде была уже сформирована. Махаянская агиография занята переосмыслением предания, поскольку некоторые эпизоды жития противоречили новым представлениям о Бодхисаттве и Будде. Ключевой концепцией этого переосмысления была lokānuvartanā «подражание миру» (точнее – «подражание тому, что принято в мире»). Согласно этой доктрине, Будда совершал действия, свойственные обычным людям, потому, что проповедь о спасении от страданий мира, исходящая из уст надмирного существа, не была бы воспринята слушателями. Постепенно вся жизнь основоположника буддизма стала рассматриваться в качестве иллюзии.

Н.В. Брагинская (в соавторстве с Марией Трофимовой)

Кто автор анонимной «Жизни Эзопа»? Первые догадки

В докладе была высказана догадка о том, кто является автором анонимной версии «Жизни Эзопа», впервые изданной Б. Перри в 1936 г. Она превышает на треть размер версии, бытовавшей в Византии и Европе и отличается от нее по содержанию. Уникальная версия (Перриана) считается написанной в Египте во II в. н.э.  В качестве её гипотетического автора предложен знаменитый астролог Веттий Валент, живший там же и тогда же. На эту мысль натолкнули уникальные пересечения лексики Веттия и астрологических сочинений, которыми Веттий пользовался, с «Жизнью Эзопа». Взаимовлияние этих текстов столь трудно себе представить, что легче объснить эти совпадения идиодиалектом автора. Сопоставление же биографий и взглядов «Веттия» и «лирического героя» «Жизни Эзопа», а также образов анонимной «Жизни» и описанных в 125 гороскопах жизненных коллизий реальных клиентов астролога, дали этой гипотезе дальнейшее подкрепление. Параллельный сюжет из истории науки: византийский лексикон Суда (Σοῦδα) сообщает об авторе любовных романов и астрономического (астрологического) сочинения «О сфере» Ахилле Татии. Ученый мир предпочел считать их разными писателями и разнес во времени, пока папирусные находки не подтвердили, что автор любовных историй жил тогда же и там же, где астроном, и удваивать их стало неловко.

Г.С. Старостин

Древнекитайская поэзия в свете современных представлений о древнекитайском языке и древнекитайской письменности

Доклад был посвящен краткому описанию основных проблем, встающих перед современным исследователем классических текстов китайской цивилизации, на примере такого основополагающего памятника, как поэтическая антология «Шицзин» 詩經 (первая половина 1 тыс. до н.э.). На примере нескольких любопытных контекстов было продемонстрировано, как целый ряд факторов (древность текста, типологическая специфика китайского языка, неунифицированная древнекитайская письменность и др.) может приводить к принципиально разным трактовкам одного и того же текста, и как решению этих проблем может способствовать применение таких современных методов, как корпусный анализ текста и фонетико-грамматическая реконструкция древнекитайского языкового состояния.

Л.Е. Коган

Библейские мотивы в сокотрийском фольклоре

В докладе Л.Е. Когана были рассмотрены тематические, стилистические и лексические схождения между сокотрийской поэзией и Ветхим Заветом. Продолжая работу, начатую в начале ХХ века выдающимся австрийским семитологом Д.Г. Мюллером (1846–1912), Л.Е. Коган смог существенно расширить список параллелей между фольклорными текстами, записанными на о. Сокотра, и Библией. О причинах такого рода схождений на сегодняшний день можно только строить предположения: это лишь оказавшиеся общими ход мысли и образность, общесемитское наследие, или, в случае наиболее явного сходства, некий след христианского прошлого Сокотры? Остается надеяться, что дальнейшие исследования сокотрийского фольклора поспособствуют выявлению пока неуловимых связей.